Хоккей

Анатолий БОГДАНОВ: «Чувствую, что из сына я для отца превратился в коллегу»

Фото Ивана Вербицкого. Анатолий Богданов-младший

С 37-летним хоккейным тренером Анатолием Богдановым встречаемся в его рабочем кабинете, на втором этаже арены Габора Очкая в Секешфехерваре, Венгрия. Это – домашний стадион команд из системы «Фехервара». Главная из них под руководством канадского тренера Кевина Константина, параллельно возглавляющего национальную сборную Венгрии, выступает в Австрийской лиге и сегодня сыграет стартовый матч 1/8 финала плей-офф против итальянского «Азиаго».

Младшую «дочку» под названием «Феха19» тренирует как раз Анатолий Богданов, сын легендарного тренера «Сокола» и национальной сборной Украины Анатолия Богданова-старшего, с персоной которого связаны все главные успехи нашего хоккея. Команда с молодежным статусом стала десятой в венгерской Эрстелиге, а в первом раунде плей-офф неожиданно с сухим счетом 3:0 переиграла клуб DEAC, который в регулярке был седьмым. В четвертьфинале «Феха» вышла на фаворита чемпионата – «Будапешт Академию». В этом противостоянии сенсации не произошло: хоккеисты из столицы Венгрии победили, использовав минимальное количество матчей, 4:0 и пошли дальше.

Времени на интервью у нас было немного. Не больше получаса. А проговорили 45 минут. Завершили разговор перед началом товарищеского поединка между юношеской сборной Украины и командой «Фехервар» U21, которую, к слову, тренирует Артем Васюнин, сын защитника бронзового «Сокола» образца 1985 года Олега Васюнина. Перед тем, как начать запись на диктофон, Анатолий Богданов провел короткую экскурсию по арене, названной в честь легенды венгерского хоккея Габора Очкая, центрфорварда по прозвищу Чичо, который был лучшим бомбардиром сборной Венгрии на победном чемпионате мира-2008 в дивизионе 1А, а в топ-дивизионе не сыграл, поскольку за месяц до чемпионата мира-2009 умер в 33-летнем возрасте в результате инфаркта. Перед стадионом стоит памятник Габору, а рядом с табло расположено полотнище, которое в 2009-м размещалось на фанатских трибунах после смерти хоккеиста. Однако еще больше поразило наполнение старой арены, о котором обязательно расскажем в отдельном материале.

А пока – к интервью с Анатолием Богдановым. В нем молодой тренер, фактически всю сознательную жизнь проживший в Финляндии, рассказал о системе подготовки игроков в финском хоккее, особенностях хоккея венгерского, перспективах украинского таланта Даниила Трахта и, конечно, об отце.

– В Секешфехервар я приехал два года назад, на все те условия, которые вы сейчас видите, – берет слово Анатолий Анатольевич. – Коллеги рассказывают, что раньше этот каток был открытым. Совершенствование происходило постепенно: сначала условия для игры в хоккей, затем – зрительские трибуны, VIP-зона. Сейчас развитие продолжается: заказываем новые тренажеры, другие нужные для развития игроков вещи. Клуб «Фехервар» – проект достаточно новый, внедренный Министерством спорта Венгрии два года назад. Всего в стране – 28 похожих академий по разным видам спорта. Хоккейные академии – четыре. Одна из них – в Секешфехерваре. Контракт с Министерством подписан на четыре года, в течение которых мы должны постоянно отчитываться за проделанную работу. Как о спортивных показателях, так и о финансовой составляющей. Мы совершенствуемся. Наше руководство постоянно ездит за границу – в австрийский Зальцбург, разные шведские школы. Я со своей стороны делюсь финским опытом. Перебираем все самое лучшее. Всегда хочется, чтобы темпы развития были более стремительными. Но это не так-то просто.

– Насколько вы довольны сезоном в исполнении «Фехи19»?
– Тяжелый сезон. Команда у нас очень молодая, финансируется за счет Министерства спорта. С условием, что на 75% в составе должны быть игроки, не старше 21 года. В прошлом году ситуация была похожей, но нам удалось хорошо выстрелить результатами после Рождества. До того регулярный чемпионат складывался не лучшим образом: имели проблемы с составом, вынуждены были менять нескольких легионеров. Но в плей-офф вышли и в первом раунде плей-офф уступили DEACу. Сейчас же эту команду победили. Могу сказать, что ребята этой победой приятно удивили тренерский штаб.

Перед нами не было четких спортивных задач. Главная миссия «Фехервара» – развивать игроков с прицелом на национальные команды Венгрии. Прежде всего речь о юношеской и молодежной сборной, но в прошлом году вратаря и нескольких ребят, которые играли под моим руководством, приглашали даже в национальную сборную. Конечно, хотелось бы побеждать. Но результат для нас – не самый главный критерий работы. Главное – прогресс хоккеистов.

Анатолий Богданов с тренерами юношеской сборной Украины Русланом Борисенко (слева) и Александром Бобкиным

По собственным наблюдениям вижу, что условия для развития хоккея похожи с теми, которые имеет «Фехервар», созданы и во многих других венгерских городах. Есть ли предпосылки к тому, чтобы говорить, что венгерский хоккей станет конкурентоспособным и на мировом уровне?
– Вопрос непростой. С одной стороны, прогресс уже заметен. Примечательно, что национальная сборная Венгрии вернулась в топ-дивизион чемпионата мира. Но не надо забывать, что костяк команды составляют игроки даже не творческой зрелости, а почтенного возраста. Напрашивается процесс смены поколений. Венгры это понимают и немного учитывая это обеспокоены. Здесь все понимают, что задержаться в элите будет сложно. В настоящее время тренер основной команды «Фегервар» Кевин Константин, будучи на должности наставника венгерской сборной, ищет ответы на эти вопросы. Один из вариантов, который в последнее время венгры практикуют – натурализация зарубежных хоккеистов. Недавно в товарищеских матчах участвовал хоккеист из Швеции, раньше – несколько канадцев. Фин Расмус Кулмала уже имеет венгерский паспорт. При этом разница между венграми и, скажем, румынами, где паспорта выдают чуть ли не сразу, всем интересующим их игрокам, в том, что в Венгрии пытаются придерживаться правил. То есть натурализуют только хоккеистов, выступающих в Венгрии не менее четырех лет.

Вместе с тем, мне есть с чем сравнивать. Да, в Венгрии – профессиональный чемпионат, но по количеству и качеству тренировок местные клубы существенно уступают Финляндии и другим ведущим хоккейным странам. Наверное, для того нас, тренеров-иностранцев, сюда и привозят, чтобы эту культуру менять. От нас ожидают, что привезем модели и объясним, что нужно делать и для чего. Мы должны изменить хоккейную культуру Венгрии. Для этого нужно время, думаю, не менее четырех-пяти лет. Мы проводим повседневную работу. Надеюсь, она дает эффект.

– Как вы решились переехать из хоккейной Финляндии в нехоккейную Венгрию?
– В Финляндии я начал тренировать сразу после того, как решил в 25-летнем возрасте закончить карьеру игрока. Начал с десятилетних ребят в системе TPS из Турку. Тогда под моим руководством готовился Каапо Какко, чемпион мира-2019, нынешний игрок «Нью-Йорк Рейнджерс». Ему тогда было лет восемь, он в моей команде начинал как игрок, а я параллельно делал первые шаги как тренер. Позже наши из Каапо пути пересекались уже в старших возрастах.

Собственно, в системе TPS я прошел все ступени – от начинающих детей до молодежной команды и роли видео-ассистента и тренера по индивидуальной подготовке первого состава. В 2021 году мой контракт закончился. Мысли, чтобы что-то поменять, возникали и раньше. Не обязательно в Финляндии. Был открыт к предложениям, ведь свободно владею английским и могу работать в разных странах. У меня были варианты с юниорской командой в Норвегии, профессиональным клубом второго дивизиона во Франции. А параллельно мою кандидатуру через Финскую национальную федерацию предложили венграм. Когда ехал сюда, смеялся, поскольку ни разу в Венгрии не бывал. Ни как тренер, ни как турист.

Но мне этот проект показался интересным. Я все-таки молодой тренер. Опыт уже есть, но развиваться и учиться еще нужно. Мне повезло, что все люди, с которыми здесь сотрудничаю, говорят по-английски. Для меня это хороший вариант: сочетание работы с молодежью и участие в профессиональном взрослом чемпионате. Также привлекло то, как тепло меня встретили в Секешфехерваре, что удовлетворили все мои условия. Это касается и зарплаты, и условий проживания, автомобиля, питания. Абсолютно все. Даже перелеты домой пару раз в год оплачиваются. Конечно, надеюсь, что это не окончательная остановка в моей тренерской карьере. Следующий шаг нужно делать уже в настоящую профессиональную команду. Если хорошая команда, опытный главный тренер, прежде чем брать ответственность только на себя, не откажусь и от роли ассистента. Работа со взрослыми мужчинами – это уже немного другое. А для нынешней работы нужно терпение. Вообще окружающие говорят, что я достаточно терпелив.

– Давайте вернемся к вашему финскому опыту. Систему местного детско-юношеского хоккея вы знаете в совершенстве и, пожалуй, имеете ответ на вопрос: что финны сделали такого, что все их сборные, начиная с юношеской и завершая национальной на Олимпийских играх, начали выигрывать чемпионские титулы?
– Здесь следует сравнивать с теми принципами, которые руководствуются в странах бывшего соцлагеря, в частности в Украине и Венгрии. У нас люди оканчивают институты физкультуры и автоматически получают профессию тренера, который уже может тренировать детей шести-восьми лет. В Финляндии в чемпионате страны U16, кроме меня, освобожденный от другой работы тренер был еще только в двух командах из 28-ми. Там до уровня U18 команды могут тренировать, скажем так, родители с энтузиазмом. Как правило, люди, которые закончили играть, имеют другую работу, а тренируют, поскольку хоккей остается их хобби. Учитывая это, однозначного ответа, как у финнов все так выходит, нет. Человеческого ресурса тоже не слишком много, ведь в стране живет 5,5 миллионов человек. Другое дело, что хоккей — №1 как минимум среди командных видов спорта. Также для Финляндии важны лыжные виды, легкая атлетика, в последнее время на подъеме футбол, их сборная впервые сыграла на Евро. Прогрессируют баскетбол и флорбол.

Рискну предположить, что прогресс финского хоккея связан с тем, что там очень важную роль играет национальная Федерация. Она разрабатывает стратегию, которой если не на 100%, то процентов на 85 придерживается каждый клуб. Стратегия развития игрока в Финляндии называется «тропой игрока». Она начинается с первого появления на льду, продолжается развитием ребенка в школе, выходом из академии и переходом в профессиональный хоккей. Эта система действует.

В Финляндии кандидатов в сборную впервые выбирают с 15 лет. С этого момента начинается совместная работа между тренерами сборной и клуба. Это сотрудничество – очень тесное. Тренеры делятся видеоматериалами, статистикой всех турниров, в которых игрок участвует. После каждого турнира в течение недели тренер сборной лично объезжает каждый клуб, в котором есть кандидаты в сборную, с каждым хоккеистом разговаривает лично, показывает видео, разбирает выступление в целом. На этом собрании всегда присутствует тренер и генеральный менеджер клуба. Это делается для того, чтобы все причастные к воспитанию игрока люди имели общий уровень понимания. Конечно, некоторые вариации существуют. Один клуб делает при воспитании игроков акцент на одних деталях, второй на чем-то ином. Но общие принципы одинаковые. Поэтому когда ребят собирают в национальной команде, они уже понимают, что их ждет. Это начинается от общей для всех терминологии до схожих требований на льду.

Также Федерация хоккея Финляндии сильно поддерживает клубы во время больших соревнований уровня чемпионатов мира у себя или в Швеции проведениями семинаров, приглашает на них специалистов из других стран. Я прошел все ступени тренерского образования в Финляндии. На каждом курсе подчеркивали, что дали нам базовые знания, но настоящая учеба начнется только во время самостоятельной работы, когда придется не только применять то, что услышали, а экспериментировать. Это настоящая школа. Поэтому я не согласен, когда каждого человека, оканчивающего институт физкультуры, называют готовым тренером. Тем, кто думает, что учиться уже не нужно, следует заканчивать карьеру.

Хоккей в Финляндии стал бизнесом или это больше социальный проект, вершиной которого являются выступления национальных сборных?
– Наверное, это уже и бизнес. Финские клубы – достаточно крепкие. Речь прежде всего о «Кярпе», «Таппаре», TPS, IFK из Хельсинки. Эти клубы научились зарабатывать не только на фан-мерчендайзе и продаже билетов. За ними крутятся целые предприятия. Хотя по ним тоже с финансовой точки зрения сильно ударили пандемия коронавируса и война. Еще болезненнее это почувствовали клубы из маленьких городов, для которых главная статья прибыли – продажа билетов. Также в последнее время наблюдается проблема иного характера. Финляндия – один из грандов в технологиях. С появлением многих каналов появилась возможность заказывать любые трансляции, которые стоят значительно дешевле похода на стадион. Да, есть современная арена в Тампере, где посещаемость всегда высока. Но в целом количество зрителей на матчах упало, поэтому финны сейчас озабочены тем, как бы развить собственно качество игры, чтобы вернуть большее количество болельщиков обратно на трибуны.

Надо учитывать, что финская лига ввиду исповедуемого там стиля игры – довольно специфическая. Есть немало примеров, когда там не смогли заиграть ребята с опытом выступлений в НХЛ, КХЛ, чемпионате Швеции. С другой стороны, приезжает юноша из американского института и сразу начинает себя ярко проявлять. Подозреваю, что это связано с тем, что большинство лучших финских игроков период расцвета, то есть в возрасте 25-30 лет, проводит в НХЛ или других зарубежных чемпионатах. Во внутреннем чемпионате играют те, кто либо только что вышел из академии, либо вернулся из-за границы доигрывать в тех условиях, с которых начинал. Да, это очень высокий уровень хоккея, но стиль игры очень специфичен. Потому иностранцам туда пробиться непросто. Зарплаты им платят высокие, но с учетом крупного налогообложения. Потому и ожидают от иностранцев особой отдачи.

– В прошлом году чемпионом Финляндии U20 в составе «Лукко» стал украинец Даниил Трахт. Как оцените его перспективы проявить себя во взрослом хоккее?
– Еще до того, как Даниил перешел в «Лукко», я разговаривал с его родителями на предмет перехода в TPS. Но «Лукко» тогда сделал предложение, от которого не стоило отказываться. Поэтому следил за Трахтом со стороны, в частности, как тренер TPS U18, когда возглавлял команду 2003 года рождения. В юниорских лигах Финляндии он зарекомендовал себя очень солидно. Это хорошая заявка на переход во взрослый хоккей. Но в таком возрасте важно не останавливаться и работать. Вообще всегда, когда вижу напротив фамилии украинский флаг, отношусь к этому парню с особым вниманием. Скажем, к Саше Шаповалову, который сегодня представляет TPS U20. При случае всегда отдельно спрашиваю у коллег, как выглядит этот парень.

Украина в целом сейчас находится в эпицентре внимания всего мира, учитывая большую войну, которую год назад начала на нашей территории россия…
– Сводная сестра с семьей живет в Киеве, поэтому все новости узнаю изнутри. Ситуация очень грустная. Хочется пожелать Украине и украинцам мирного неба. А еще – храбрости и терпения, чтобы люди не падали духом. В нынешней ситуации хоккей – это второстепенное.

– Клуб «Йокерит» отказался от участия в КХЛ в первые дни после начала войны. Параллельно расторгать контракты с клубами российской лиги начали финские игроки. В Украине оценили этот жест.
– А еще, хотя официального запрета и не было, большинство финских клубов перестали рассматривать варианты с приглашением хоккеистов с российскими паспортами. Также премьер-министр Финляндии инициировала введение запрета на выдачу туристических виз россиянам. Даже тем, кто такие визы получил раньше. Это одна из форм поддержки Украины. В Венгрии такого нет. У меня в команде также играет несколько русскоязычных ребят разного происхождения, в системах разных клубов работают тренеры из россии. Мы общаемся, затрагиваем темы войны. Все придерживаются мнения, что такого в наше время происходить не должно. Это просто ужасно. История должна научить людей, что войнами ни один конфликт не разрешается.

Анатолий Богданов-младший с родителями

– Ваш папа родился в россии. Вы родились и до пяти лет жили в столице Украины, а с 1991-го и до переезда в Венгрию проживали в Финляндии. Кем себя считаете?
– Если углубиться в мои корни, то мама родом из Одессы, из семьи польских шляхтичей. Дома мы разговариваем на русском. При этом мама прекрасно говорит по-украински. Мы с папой ее понимаем. В Венгрии пресса называет меня финско-украинским специалистом. В Финляндии мне говорили: «Ты же финн». Но мне трудно причислить себя к какой-либо национальности однозначно. Я чту отдельные украинские, финские и российские традиции. Скажем, Рождество празднуем и католическое, и православное.

– Как сейчас чувствует себя ваш отец?
– Хорошо. Здоровый, активный, ходит, бегает, занимается спортом. Годы идут, а папа остается железным человеком. Они с мамой живут в Финляндии, выезжают отдыхать в Испанию, на остров Тенерифе. Папа продолжает смотреть хоккей, внимательно следит за играми моей команды, после каждого матча звонит по телефону, пишет, делает свои профессиональные замечания. Эта поддержка и советы для меня очень важны. Чувствую, что из сына и ребенка я для отца уже превратился в коллегу. Папа наслаждается разговорами, когда мы смотрим хоккей вместе. Недавно он приезжал ко мне, посетили вместе матч «Фехервара» в Австрийской лиге.

По материалам

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»